Энциклопедия философии онлайн
Как чела нашёл своего гуру Рамасвамиаер
embl-ts.jpg
Теософия, книги по теософии
fivefourtheosophy19112355b.jpg

КАК ЧЕЛА НАШЕЛ СВОЕГО ГУРУ

Из письма С.Рамасвамиаера к Дамодару К. Маваланкару,
генеральному секретарю Теософического Общества.

...В нашу последнюю встречу в Бомбее я вам рассказал, что случилось со мной в Тинневелли. Мое здоровье было подорвано канцелярской службой и заботами, я попросил отпуск на основании медицинского свидетельства, и он был мне предоставлен.

В один из последних дней сентября, когда я читал в своей комнате, ясно слышимый голос моего благословенного Гуру Махариши М. приказал мне оставить всё и немедленно отправиться в Бомбей; там я должен был разыскать госпожу Блаватскую, где бы она ни находилась, и следовать за ней повсюду, куда бы она ни пошла. Не теряя ни одного мгновения, я привел свои дела в порядок и уехал на вокзал, ибо звуки этого голоса для меня — самые божественные звуки в природе, а веления его обязывающи. Я путешествовал в своем аскетическом одеянии. Прибыв в Бомбей, я уже не застал там госпожу Блаватскую и узнал от вас, что она уже несколько дней как уехала; что она была очень больна и, кроме факта неожиданного ее отъезда с одним чела, вы ничего не знаете о ее нынешнем местопребывании. Теперь мне нужно рассказать вам, что произошло со мной после того, как я вас оставил.

Не зная, в самом деле, куда мне лучше направиться, я взял билет прямо до Калькутты, но, не доезжая до Аллахабада, я услышал тот же самый хорошо знакомый мне голос, направляющий меня в Берхампур. В Азимгунге, в поезде, я встретился, можно сказать — чудесным для меня образом, с несколькими бабу (я тогда еще не знал, что они тоже теософы, никогда не встречал их раньше), которые также ехали на поиски госпожи Блаватской. Некоторые шли по ее следу до Динапура, но там потеряли ее и возвратились в Берхампур. Они сказали, что она уехала в Тибет, и хотели броситься к ногам махатм и добиться, чтобы им позволили ее сопровождать. Наконец, они сказали мне, что получили от нее записку, в которой им разрешалось ехать, если они уж так хотят, но тут же указывалось, что ей самой запрещено ехать в Тибет в данное время, что она должна оставаться в окрестностях Дарджилинга, и им не будет разрешено следовать на территорию Сиккима, где она должна встретиться с Братьями.

...Брат Нобин [Баннерджи], председатель Адхи Бхутик Бхратру Теософического Общества, не сообщил мне, где находится госпожа Блаватская. Возможно, он тогда и сам этого не знал. Все же он и другие рискнули всем в надежде увидеть махатм.

Наконец 23-го числа Нобин бабу привез меня из Калькутты в Чандернагар, где я нашел госпожу Блаватскую приготовившейся через 5 минут отправиться на поезде дальше. Высокого роста, смуглый и волосатый чела (не Чандер Кушо) — тибетец, судя по его одежде, — которого я впоследствии встретил вместе с ней при переправе через реку, сказал мне, что я прибыл слишком поздно, что госпожа Блаватская уже встретилась с махатмами и что он уже привез ее обратно. Он упорно не поддавался моим мольбам взять меня с собой, говоря, что он не получил других приказаний, кроме тех, которые он уже исполнил, а именно — отвезти ее за 25 миль от некоего места, которое он мне назвал, и что теперь он проведет ее на вокзал, а сам отправится в обратный путь.

Бенгальские братья-теософы тоже обнаружили госпожу Блаватскую и последовали за ней, прибыв на станцию полчаса спустя. Из Чандернагара, переправившись через реку, они приехали на маленькую железнодорожную станцию на противоположном берегу. Когда поезд прибыл, она вошла в вагон, поднявшись в который, я нашел там чела! И даже еще не успели погрузить все ее вещи в багажный вагон, как поезд, вопреки всем правилам, не дождавшись звонка, тронулся, оставив Нобина бабу, бенгальских джентльменов и ее слугу. Только один бабу и жена и дочь другого — все теософы и кандидаты на ученичество — успели забраться в поезд. Мне самому едва хватило времени вскочить в последний вагон. Все ее вещи, за исключением коробки с теософской корреспонденцией, остались на перроне вместе с ее слугой. Тем не менее даже те лица, которые ехали вместе с ней на том же поезде, не доехали до Дарджилинга. Бабу Нобин Баннерджи вместе со слугой приехали только 5 дней спустя; а те, у кого хватило времени занять свои места в поезде, отстали, не доехав 5-6 станций, задержанные разными непредвиденными случайностями в другой очень отдаленной местности, и прибыли в Дарджилинг с опозданием на несколько дней! Не требовалось большой догадливости, чтобы прийти к заключению, что госпожу Блаватскую опять забирают к себе Братья, и, вероятно, по очень веским причинам, известным лишь им самим, они не хотели, чтобы мы следовали за ней и вели наблюдение. Двое махатм, как я достоверно узнал, находились рядом с британской территорией. Некое лицо, имя которого нет надобности здесь называть, видело одного из них и узнало в нем высокого хутукту Тибета.

В первые дни после своего прибытия госпожа Блаватская проживала в доме одного бенгальского джентльмена, теософа, отказываясь кого-либо принимать и приготовляясь, как я думал, вновь отправиться куда-то к границам Тибета. На все наши незатейливые притязания она только отвечала, что не наше это дело приставать к ней и следовать за нею, что она не нуждается в нас и что она не имеет права тревожить махатм всякого рода вопросами, касающимися только самих вопрошателей, лучше чем кто-либо другой знающих свои дела. В отчаянии я принял решение: будь что будет, но я перейду границу, находящуюся в дюжине миль отсюда, и отыщу махатм или — умру!*

__________
* Обращаю особое внимание моих любопытных корреспондентов на это выражение и фактически на всё приключение Рамасвамиаера. Это покажет многим ворчунам и скептикам, которые так горько мне жаловались, что Братья не дали им ни знака своего существования, какой дух привлекает адептов к стремящемуся. Распространённое мнение, что простое вступление в наше Общество даёт какое-то право на получение оккультных наставлений, и что инертное сентиментальное желание света должно вознаграждаться, происходит от достойного сожаления невежества, преобладающего сейчас относительно законов мистического обучения. Гуру сейчас есть, как были и в прошлом; и сейчас, как и ранее, истинный чела может найти среди них того, кто возьмёт его под своё попечение, если подобно нашему брату из Тинневелли тот решится "найти махатм — или умереть!". — Д.К. Маваланкар.

Я совершенно не задумывался над тем, что предпринимаемое мной может рассматриваться как безрассудное деяние сумасшедшего. Я не умел говорить и не понимал ни одного слова на бенгальском, урду, непальском и на языках Бутана и Тибета. У меня не было разрешения и “пропуска” от сиккимского раджи, и все же я решился проникнуть в сердце независимого государства, где, если со мною что-либо случится, англо-индийские чиновники не захотят, даже если бы они могли, защитить меня, так как я перешел границу без их разрешения. Но мне это даже в голову не приходило: я весь был поглощен одной-единственной мыслью — найти и увидеть моего гуру. Не сказав никому ни слова о моем намерении, однажды утром, а именно 5 октября, я отправился на поиски махатмы. У меня были только зонтик и посох странника в качестве единственного оружия, а в кошельке — несколько рупий. На мне были желтое одеяние и шапка. Каждый раз, когда меня на дороге одолевала усталость, мой костюм облегчал мне возможность за небольшую плату нанимать верхового пони.

В послеобеденное время того же дня я добрался до берега реки Рунгит, которая образует границу между британской и сиккимской территориями. Я попытался пересечь реку по навесному мосту, построенному из камыша, но он так сильно раскачивался туда-сюда, что мне, никогда не знавшему лишений в своей жизни, это оказалось не по силам. Я переправился через реку на пароме, и даже это не обошлось без множества опасностей и затруднений. Всю вторую половину дня я путешествовал пешком, все дальше и дальше углубляясь в сердце Сиккима по узкой тропе.

Сейчас я не в состоянии сказать, какое расстояние я прошел до наступления сумерек, но уверен, что не менее 20–25 миль. За все время долгого пути я не видел вокруг себя ничего, кроме джунглей, непроходимых лесов и редких одиноких хижин, принадлежащих населению гор. В сумерках я начал оглядываться в поисках ночлега. В этот день после обеда мне по дороге встретились леопард и дикая кошка; теперь я удивляюсь, почему я тогда не ощутил ни малейшего страха и не пытался от них убежать. Все время какое-то тайное воздействие поддерживало меня. Я совершенно не испытывал ни страха, ни беспокойства. Возможно, в моем сердце не было места для других чувств, кроме сильного устремления найти моего гуру. Едва стемнело, я заметил одинокую хижину в нескольких ярдах от дороги. К ней я направил свои стопы в надежде найти ночлег. Грубо сколоченная дверь была заперта.

Я обследовал хижину со всех сторон и обнаружил в западной стороне щель. Она была мала, но все же достаточна, чтобы я мог проникнуть внутрь. У нее имелся небольшой ставень и деревянный засов. По странному стечению обстоятельств, горец забыл закрепить ставень на засов изнутри, когда запирал дверь! Разумеется, теперь, после всего, что последовало, глазами своей веры я везде вокруг себя вижу охранявшую руку моего гуру.

Проникнув вовнутрь, я обнаружил маленькую комнату с небольшой дверью, ведущей во второе помещение; обе комнаты занимали всё пространство этого лесного жилья. Я лег, сосредоточив все мысли, как обычно, на моем гуру, и вскоре погрузился в глубокий сон. Но прежде чем лечь, я загородил дверь в другую комнату и единственное окно. Могло быть около 10 или 11 часов, а возможно, и немного позже, когда я проснулся и услышал звуки шагов в смежной комнате. Я четко различил голоса двух или трех человек, разговаривающих между собой на диалекте, который был для меня просто тарабарщиной.

Теперь я не могу вспоминать об этом без содрогания. В любой момент они могли войти в комнату, где я спал, и убить меня ради моих денег. Если бы они приняли меня за вора, участь моя была бы такой же. Эти и подобные им мысли проносились в моей голове с невообразимой быстротой. Но мое сердце не трепетало от страха, и я ни на миг не задумывался о том, что ситуация может закончиться трагически! Я не знаю, какое тайное влияние придавало мне твердости, но ничто не могло меня поколебать или заставить ощутить страх. Я был совершенно спокоен. Хотя я пролежал, проснувшись и устремив взгляд в темноту, в течение двух часов и даже осторожно и медленно шагал по комнате, стараясь не производить ни малейшего шума, чтобы проверить, смогу ли я в случае необходимости убежать обратно в лес тем же путем, каким я вошел в хижину, — но, я повторяю, ни боязнь, ни другое подобное чувство не закрались в мое сердце. Я снова настроился продолжить свой прерванный отдых. После глубокого сна, не потревоженного ни одним сновидением, я проснулся и увидел, что уже рассветало. Торопливо натянув свои сапоги, я осторожно вышел из хижины через то же самое окошко. Я слышал храп владельцев хижины в другой комнате. Но я не терял времени, продвигаясь вперед по тропинке к (городу) Сиккиму с неослабевающим рвением. В потаеннейших глубинах моего сердца я приносил благодарность моему любимому гуру за ту защиту, которую он простер надо мной в течение ночи. Что помешало обитателям хижины войти во вторую комнату? Что поддерживало во мне спокойствие и ясный дух, словно я находился в комнате своего собственного дома? Что дало мне возможность заснуть таким глубоким сном, окруженному со всех сторон необъятным лесом, полным диких зверей и со сборищем убийц, — говорят, большинство сиккимцев живут разбоем, — в смежной комнате, отделенной от меня плохонькой дверью, которую легко было открыть?

Когда совсем рассвело, я продолжал свой путь по холмам и долинам. Верхом или пешком — это путешествие ни для кого не могло быть приятным, я думаю, если бы он не был поглощен своей единственной мыслью, как я, — я был совсем бесчувственен ко всему, что касалось моего тела. Уже до этого я развил в себе способность мысленного сосредоточения до такой степени, что во многих случаях я доходил до состояния совершенного беспамятства по отношению ко всему, что меня окружало, когда мой ум был занят единственной целью моей жизни, как многие из моих друзей могут это засвидетельствовать, но никогда это не проявлялось в такой степени, как в этом случае.

Было, я полагаю, 8–9 часов утра, я следовал по дороге в город Сикким, откуда, как меня уверяли встречающиеся на пути люди, я в своем странническом одеянии легко мог пересечь границу Тибета, как вдруг увидел скачущего во весь опор навстречу мне одинокого всадника. По его высокому росту и искусству, с каким он управлял лошадью, я решил, что это какой-то военный, офицер сиккимского раджи. “Ну, теперь я пойман!” — подумал я. Он спросит у меня пропуск и по какому делу я прибыл на территорию независимого Сиккима и, возможно, арестует меня или отошлет обратно, если не хуже. Но, приблизившись, он натянул поводья. Я взглянул и узнал его сразу... Я находился в высочайшем присутствии того самого махатмы, моего досточтимого гуру, которого я до этого видел в его астральном теле на балконе главной штаб-квартиры Теософического Общества!* Это был он, Гималайский Брат навсегда памятной прошлогодней декабрьской ночи. Он, кто был так добр, что уронил для меня письмо в ответ на мое письмо, переданное только час тому назад или около того в запечатанном конверте госпоже Блаватской, с которой я все это время не спускал глаз! В одно мгновение я распростерся у его ног. По его велению я поднялся и, вглядываясь в его лицо, забылся совершенно, созерцая лик, так хорошо знакомый мне, так как я видел его портрет (находящийся у полковника Олькотта) бесчисленное количество раз. Я не знал, что сказать: радость и почтение связали мой язык. Величие его облика, который казался мне олицетворением мощи и мысли, удерживало меня в состоянии восторга и благоговения. Наконец-то я стоял лицом к лицу с махатмой Химавата, и он не был ни мифом, ни “плодом воображения какого-то медиума”, как предполагали некоторые скептики. Это не было ночным сновидением, ибо все происходило около 9–10 часов утра. Сияющее солнце являлось молчаливым свидетелем этой сцены. Я вижу его перед собой во плоти, и он говорит со мной голосом, полным доброты и ласки. Чего еще мне желать? Избыток счастья сделал меня немым. И только когда прошло какое-то время, я, ободренный его ласковой речью и тоном, был в состоянии произнести несколько слов. Цвет его кожи не такой светлый, как у махатмы Кут Хуми, но я никогда не видел лица такого красивого и фигуры такой высокой и такой величественной. Как и на портрете, у него короткая черная борода и длинные черные волосы, спадающие на грудь. Только одеяние другое. Вместо белого свободного одеяния — желтая мантия, подбитая мехом, а на голове вместо тюрбана — желтая тибетская фетровая шапка, какие я видел на жителях Бутана.

__________
* Для более ясного понимания весьма важных обстоятельств, которые упоминает Рамасвамиаер, я отсылаю читателя к его письму в "Намёках на эзотерическую теософию" ("Hints on Esoteric Theosophy", №1, с. 72–73). — Д.К.М.

Когда прошли первые мгновения восторга и удивления и я уже спокойно осмыслил ситуацию, у меня состоялся с ним долгий разговор. Он сказал мне, чтобы я не шел дальше, ибо со мной может случиться беда. Он также сказал, что я должен терпеливо ожидать, если хочу стать принятым чела; что многие предлагают себя в кандидаты, но только очень мало достойных. Никому не было отказано, но всех подвергли испытанию, и большинство явно провалились, особенно... и... Некоторые же вместо приема и взятия с них обета в этом году оставлены на будущий год...

Махатма, как я заметил, очень мало говорит по-английски — по крайней мере, мне так показалось. Он говорил на моем родном языкепо-тамильски. Он сообщил мне, что если Чохан разрешит госпоже Б[лаватской] посетить Пари-джонг в будущем году, тогда я смогу ее сопровождать... Бенгальские теософы, следовавшие за Упасикой (госпожой Блаватской), поймут, что она была права, пытаясь отговорить их сопровождать ее в этот раз. Я спросил благословенного махатму, могу ли я рассказать другим о том, что я видел и слышал. Он ответил положительно и добавил, что будет хорошо написать Вам, обо всем рассказав...

Я должен запечатлеть в Вашем уме всю ситуацию и настоятельно прошу Вас помнить следующее: то, что я видел, не было только одною “видимостью”, т.е. астральным телом махатмы, как мы видели его в Бомбее, а это был живой человек в своем собственном физическом теле. Ему угодно было сказать, когда я совершал прощальный намаскарам (земной поклон, полностью простершись на земле), что он приблизился к британской территории, чтобы увидеться с Упасикой... Прежде чем мы расстались, подъехали верхом еще два всадника, сопровождающие его. Я полагаю, что это чела, ибо они были одеты наподобие лам-гелунгов, и у обоих, подобно ему самому, — струящиеся по спине длинные волосы. Когда махатма отъехал, они последовали за ним неторопливой рысью.

Более часа я простоял, уставившись взглядом на то место, которое он только что покинул, а затем медленно направился назад. Тут я впервые обнаружил, что мои сапоги в нескольких местах жмут, что я ничего не ел уже вторые сутки и потому был слишком слаб, чтобы идти дальше. Все мое тело болело. Недалеко я увидел торговцев мелким товаром, у них были горные пони под грузом. Я нанял у них одно из этих животных. Пополудни я достиг реки Рунгит и переправился через нее. Купание в прохладной воде меня оживило. Я купил фруктов на единственном имеющемся там базаре и с аппетитом их съел. Тут же я нанял другую лошадь и добрался до Дарджилинга поздно вечером. Я не мог ни есть, ни сидеть, ни стоять. Болела каждая клеточка моего тела.

Мое отсутствие, по-видимому, встревожило госпожу Блаватскую. Она выбранила меня за мою безрассудную, сумасшедшую затею отправиться в Тибет подобным образом.

Когда я вошел в дом, то застал у госпожи Блаватской бабу Парбати Черн Роя, заместителя поселкового совета и директора Топографического управления Дираха, а также его помощника — бабу Канти Бушан Сена, являющихся членами нашего Общества. По их просьбе и распоряжению госпожи Блаватской я рассказал все, что произошло со мной, за исключением, конечно, содержания моей частной беседы с махатмой... Все они были изумлены, чтобы не сказать больше!.. В конце концов, она [Блаватская] не поедет в этом году в Тибет, к тому же, я уверен, что она к этому и не стремится, так как она встретилась с нашими Учителями и таким образом достигла желанной цели. А мы все — несчастные люди! Мы теряем наш единственный шанс пойти и поклониться Гималайским Братьям, которые — я знаю — не скоро перейдут границу британских владений, если вообще когда-либо перейдут.

Я пишу Вам это письмо, мой дорогой брат, с тем, чтобы Вы увидели, что мы имеем веское основание публично заявить протест против письма “Х.К.”, появившегося в “Theosophist”! Образ действий махатм может показаться нашему ограниченному видению странным и несправедливым, даже жестоким, как, например, в случае с нашими здешними братьями, бенгальскими бабу, которые, схватив насморк и лихорадку, возможно, ворчат на Братьев, забывая при этом, что те никогда не приглашали их приходить лично и не давали на это никакого разрешения, а они сами предприняли неблагоразумные действия...

А теперь, после того как я увидел махатму во плоти и слышал его живой голос, пусть ни один человек не осмеливается сказать мне, что Братьев не существует. Что бы теперь ни случилось, мне не страшна ни смерть, ни месть врагов, ибо я знаю то, что я знаю!

Можете показать это письмо полковнику Олькотту, который первым открыл мне глаза на джняна марга [путь знания], он будет счастлив узнать об успехе (большем, чем я заслужил), которого я добился. Я лично сообщу ему все подробности.

С.Рамасвамаер
Ч[лен] Т[еософического] О[бщества]

Дарджилинг, 7 октября 1882 г.

[Theosophist, Dec., 1882].


просмотров: 582
Правление, правосудие, Лучшие мысли
ПАРСОНС (Parsons) Толкотт
ПРОГРЕСС
КОММУНИЗМ
СОЦИОБИОЛОГИЯ
ЗВЕЗДА ИСКУПЛЕНИЯ образ Звезды Давида в книге Розенцвейг
ЭТИКА
Понятие науки, ее структура и функции
История теософического общества Калуга
О России и российской культуре. Критика Л. Толстого и толстовства
Search All Ebay* AU* AT* BE* CA* FR* DE* IN* IE* IT* MY* NL* PL* SG* ES* CH* UK*
Jesus Malverde Collar Necklace Sinaloa Narco saint Narcosanto Mexico

$2.75
End Date: Wednesday Apr-3-2019 17:41:11 PDT
Buy It Now for only: $2.75
|
ESCAPULARIO VIRGEN DEL CARMEN CAFE/BROWN SCAPULAR MOUNT CARMEL 01455

$6.32
End Date: Friday Mar-29-2019 10:42:49 PDT
Buy It Now for only: $6.32
|
Mini Shrunken Head

$13.99
End Date: Tuesday Apr-2-2019 12:32:19 PDT
Buy It Now for only: $13.99
|
NEW GRAN TAROT DE LOS ANGELES CON 78 ARCANOS CON INSTRUCCIONES A COLOR INCLUIDAS

$19.99 (1 Bid)
End Date: Thursday Mar-21-2019 17:01:25 PDT
|
Vtg 1914 Wehman Bros HC Edition THE GREATER KEY of SOLOMON de Laurence MATHERS

$33.00
End Date: Monday Apr-15-2019 17:18:16 PDT
Buy It Now for only: $33.00
|
Bhagwan Shree Rajneesh Mala Necklace Rajneeshpuram Osho Wild Wild Country Oregon

$39.99
End Date: Sunday Apr-14-2019 19:29:38 PDT
Buy It Now for only: $39.99
|
 Rajneeshpuram Wild Country Mala Necklace Bhagwan Rajneesh Oregon Osho 

$24.00 (0 Bids)
End Date: Sunday Mar-24-2019 18:54:28 PDT
|
BEAUTIFUL DEVA FACE, BLACK POTTERY SPIRIT RATTLE HANDMADE RAKU ART BY NAN EMMETT

$26.30
End Date: Thursday Apr-4-2019 12:23:52 PDT
Buy It Now for only: $26.30
|
ORIGINAL OSHO Bhagavan Rajneesh Mala for Meditation -Natural Wood

$13.00
End Date: Wednesday Mar-27-2019 14:28:29 PDT
Buy It Now for only: $13.00
|
Orisha Elegua Bracelet Eleggua Pulsera Siete Potencias Africana 7 African Powers

$50.00
End Date: Monday Apr-15-2019 17:23:55 PDT
Buy It Now for only: $50.00
|
SOPERA DORADA PARA OSHUN GOLD SOUP TUREEN FOR OCHUN ORISHA YORUBA SOPERAS

$69.99
End Date: Friday Apr-12-2019 19:12:38 PDT
Buy It Now for only: $69.99
|
VIRGIN MARY BLESS MOTHER CONCRETE STATUE MADONNA GARDEN

$5.99 (0 Bids)
End Date: Thursday Mar-21-2019 18:52:38 PDT
|
Search All Amazon* UK* DE* FR* JP* CA* CN* IT* ES* IN* BR* MX
Search Results from «Озон» Философия
 
Бенедикт Спиноза Этика
Этика

Бенедикт Спиноза - один из величайших философов-рационалистов. Его сочинения составляют эпоху в истории европейской мысли, и их изучение стало необходимым моментом всех учебных курсов по метафизике. Характерной чертой трактатов Спинозы является строгая последовательность мысли и четкая организация текста. Идеи Спинозы, особенно его центрального произведения, "Этики", оказали мощное воздействие на культуру XVII-XIX столетий: Спинозу любили, читали, толковали, с ним спорили не только такие философы, как Беркли, Юм, Шеллинг, Гегель, но и великие ученые, просветители, поэты - Дидро, Гередер, Гете.

Тексты Спинозы, вошедшие в настоящее издание, позволят читателю получить достаточно полное представление о творчестве и идеях этого нидерландского мыслителя. Книга будет интересна всем, кто изучает европейскую культуру, но в особенности - студентам гуманитарных вузов, слушающих курсы по истории метафизики.

...

Цена:
125 руб

платон Государство
Государство

Диалог "Государство" занимает особое место в творчестве и мировоззрении Платона. В нем он рисует картину идеального, по его мнению, устройства жизни людей, основанного на высшей справедливости, и дает подробную характеристику основным существующим формам правления, таким, как аристократия, олигархия, тирания, демократия, и другим.

...

Цена:
139 руб

Массимо Пильюччи Как быть стоиком. Античная философия и современная жизнь
Как быть стоиком. Античная философия и современная жизнь
Быть стоиком в современном мире не сложнее, чем в Древней Греции. Для этого надо иметь душевный покой, чтобы принимать то, что невозможно изменить, мужество - чтобы изменить возможное, и мудрость - всегда отличать одно от другого. В своей книге "Как быть стоиком" известный американский философ и биолог МассимоПильюччи предлагает читателю увлекательное путешествие в глубины этой античной философии, а в качестве проводника выбирает древнегреческого стоика Эпиктета. Стоицизм - очень современная философия, которая учит, как принимать верные решения, управлять гневом, воспринимать критику, как относиться к смерти - собственной и своих близких. Но главный вопрос, на который отвечает стоицизм, - как правильно жить....

Цена:
423 руб

Уильям Арнтц, Марк Висенте, Бетси Чейс Кроличья нора, или Что мы знаем о себе и Вселенной? What the Bleep Do We Know? Discovering the Endless Possibilities for Altering Your Everyday Reality
Кроличья нора, или Что мы знаем о себе и Вселенной?
Кто я? Каково мое место во Вселенной? Мир, в котором я живу, - реален ли он? Почему каждый день похож на предыдущий? Могу ли я изменить свою жизнь? Авторы этой книги встретились с 17 учеными, физиками и духовными учителями, чтобы получить ответы на Великие Вопросы, которые интересовали людей на протяжении многих веков....

Цена:
377 руб

Ги Дебор Психогеография
Психогеография
Ги Дебор вместе с единомышленниками разрабатывает сугубо позитивную, радикализирующую поиски современной ему архитектуры программу, которая остается поразительно актуальной и сегодня. Ее основные термины пронизаны духом дематериализации: это психогеография - переосмысление общего представления о городе исходя из того, что его составляют принципиально временные, изменчивые, перетекающие друг в друга атмосферы, порождаемые взаимодействием всех элементов городской среды и чувств живущих в ней людей; дрейф - практика обнаружения этих атмосфер, прокладки новых маршрутов по воле чувств и желаний дрейфующих, а также фиксации этих маршрутов в новой картографии; конструирование или строительство ситуаций (Дебор учитывает оба значения этого слова: местоположение и стечение обстоятельств) - временных и изменчивых, подобно атмосферам, но гораздо более емких, чем прежде, зданий новой архитектуры, возводимых из столь же новых материалов - желаний и чувств. Наиболее последовательно эта программа изложена в "Отчете о конструировании ситуаций…" (1957), который послужил манифестом образованного в том же году Ситуационистского интернационала. (Алексей Шестаков)...

Цена:
262 руб

С. Лазарев Облики гордыни
Облики гордыни
Что такое гордыня? Как она выглядит, какие проблемы порождает? Насколько верны наши привычные представления о гордыне? Почему необходимо преодолевать гордыню?
В этой книге читатель найдет не только ответы на все эти вопросы, но и руководство к действию.
...

Цена:
365 руб

Перри Андерсон Истоки постмодерна The Origins of Postmodernity
Истоки постмодерна
В этой проницательной и многогранной книге известного британского марксистского теоретика Перри Андерсона предлагается рассмотрение генезиса, становления и последствий понятия "постмодерн". Начиная с захватывающего интеллектуального путешествия в испаноговорящий мир 1930-х, в ней показываются изменения значения и способов употребления этого понятия вплоть до конца 1970-х, когда после обращения к нему Ж.-Ф.Лиотара и Ю.Хабермаса идея постмодернизма стала предметом самого широкого обсуждения. Большое внимание в книге уделено Фредрику Джеймисону, работы которого представляют сегодня наиболее выдающуюся общую теорию постмодерна. Реконструируя интеллектуальный и политический фон джеймисоновской интерпретации настоящего, "Истоки постмодерна" рассматривают ее "последействия" в дебатах 1990-х. Андерсон обогащает его известный анализ модернизма, помещая постмодернизм в силовое поле деклассированной буржуазии, распространения медиатизированной технологии и исторического поражения левых, которым ознаменовалось окончание холодной войны. Строго следуя своей интерпретации постмодернизма как культурной логики многонационального капитализма, в конце книги Андерсон размышляет об упадке модернизма, изменениях в системе искусства, распространении спектакля, спорах о "конце искусства" и о судьбе политики в мире постмодерна....

Цена:
340 руб

Айн Рэнд Введение в объективистскую эпистемологию Introduction to Objectivist Epistemology
Введение в объективистскую эпистемологию
Эта книга Айн Рэнд - изложение объективистской теории понятий. Айн Рэнд предложила чрезвычайно смелое и оригинальное решение проблемы универсалий, которое существенно повлияло на развитие современной философии.
Яркий и страстный стиль изложения делает философскую книгу Айн Рэнд не менее интересной, чем иной бестселлер со стремительно развивающимся сюжетом.
Блестяще аргументированная работа Айн Рэнд дополнена выдержками из ее необычных семинаров по объективистской эпистемологии. В них участвовали философы, физики, математики, которые задавали Айн Рэнд вопросы, касающиеся ее теории понятий. Нам предоставлена редкая возможность следить за логикой рассуждений автора в живой дискуссии, в стремительном вихре дебатов, "слышать" живой голос Айн Рэнд....

Цена:
320 руб

Фридрих Ницше Человеческое, слишком человеческое
Человеческое, слишком человеческое
"Человеческое, слишком человеческое" - произведение, важное с точки зрения развития творчества Ницше. В нем он переосмысливает значение своих идеалов и отказывается от них, разочаровывается в трудах своих кумиров. Ницше ищет свободу и освобождение от прописных истин и постепенно приходит к тем неординарным и эксцентричным мыслям, по которым мы его знаем в произведениях "Так говорил Заратустра" и "По ту сторону добра и зла"....

Цена:
107 руб

Жан Бодрийяр Симулякры и симуляция Simulacres et simulation
Симулякры и симуляция
"Симулякры и симуляция" - последняя работа выдающегося философа-постмодерниста, культуролога и социолога Жана Болриияра. Самая полная и доступная для восприятия книга подобной тематики, с которой можно начинать погружение в мир современной философии. Автор дает наиболее развернутые определения таким понятиям, как "гиперреальность" и "симулякры", давно уже вошедших в массовый обиход. Это произведение помогло множеству людей по всему миру взглянуть на нашу реальность с принципиально иной стороны, с позиции признания ее фиктивной, поддельной, "копией копии", иллюзорной субстанцией, а также вдохновила кинематографистов на создание культового фильма "Матрица"....

Цена:
350 руб

2013 Copyright © FiloSlov.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт. Партнёрская программа.
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования